Птичка свистит за окном. Машинки шумят. Я смиренно терплю боль в спине, которая внезапно почти лишила меня возможности нормально двигаться. Боль становится сильнее. Если час назад я мог вполне сносно ходить и даже приготовил себе еду, то теперь я с трудом сижу на кресле и пишу этот текст. Тут уж не до анализа психической обстановки, тут хочется, чтобы это просто прошло и больше ничего. Хотя,, мне, кажется, нравится это ощущение осмысленности, несмотря на то, что я и испытываю сильную боль. У меня есть желание, и это уже хороший признак: я еще жив.
Пошел на кухню, втер себе какую-то мазь. Сижу и думаю, какого черта. Почему я, почему мне. А потом вспоминаю, что почему бы и нет, собственно. У меня почти год ничего совершенно не болело, пора и честь, как говорится, знать. Птички у меня здесь, соловьи. Машинки, не знаю какие. Выйти бы сейчас на улицу, подышать бы горячим весенним воздухом, послушать эхо собственных шагов, посмотреть, как быстро темнеет небо. Но если мне даже лежать больно, то от ходьбы я, скорее всего, вообще упаду в обморок.. Или, может быть, все не так уж плохо и у меня ничего не болит. Может быть мне только кажется, что мне в спину воткнули раскаленную кочергу. Может быть, по десятибальной шкале боли, эта боль всего лишь единичка и я везунчик, которому в жизни не бывало никогда больно. Кто его знает. Но головой лучше лишний раз не вертеть. Лучше тихонько дышать, лежать, молчать.
До завтра.